Проверка на ложь: cекреты полиграфа

Детектор лжи, он же полиграф, на юридическом языке называется психофизиологическое исследование. Как правило, такое исследование применяется в пяти областях:

• В коммерческих структурах при приеме на работу.

• В государственных органах при повышении по службе и при назначении на определенные должности.

• В судопроизводстве.

• При расследовании уголовного дела.

• В частной жизни при измене супругов.

Законодательно применение полиграфа не урегулировано. В 2010 году в Госдуму РФ был внесен законопроект «О применении полиграфа», но 13 февраля 2012 года он был снят с обсуждения. Таким образом, отдельного законодательного акта, который бы регулировал применение полиграфа, на сегодняшний день в Российской Федерации нет.

Однако применение полиграфа частично или косвенно регламентируется другими подзаконными актами, как-то Трудовым кодексом РФ, ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности и ФЗ «О коммерческой тайне».

При психофизическом исследовании считывается пульс, артериальное давление, реакция зрачка, если это наиболее продвинутый комплекс, то считывается еще ряд параметров, таких как поза и мимика.

Естественно, очень многое зависит от того, какой оператор на полиграфе. Если мы говорим про расследование уголовных дел в ФСБ, то скрыть там что-либо будет весьма сложно. Во всех остальных случаях, особенно в частных компаниях, которые предлагают свои услуги по прохождению полиграфа, здесь, конечно, уровень гораздо ниже, поэтому ошибок больше.

Применение полиграфа

Чтобы было понятно, полиграф не запрещен законом, но и не обязателен, нет никакого прямого указания, что вы обязаны проходить психофизиологическое исследование.

Прохождение полиграфа не является доказательством вины или невиновности, если рассматривать отдельно именно результат психофизиологического исследования.

То есть, по результатам проверки на детекторе лжи невозможно сделать вывод – виновен человек или нет и привлечь его к уголовной ответственности.

Невозможно прохождение полиграфа без письменного согласия того, кто должен его проходить, даже если это в рамках уголовного дела.

Сам по себе отказ не может являться основанием для отказа в приеме на работу. Естественно, в жизни мы видим совершенно другое – работодатель находит другие причины для того, чтобы отказать.

В конфликтной ситуации на работе, если вы отказываетесь проходить полиграф, когда есть подозрение в растрате, хищении, взятках, каком-то должностном преступлении, служба собственной безопасности или отдел кадров может предложить работнику, для того чтобы снять с него подозрения, пройти процедуру полиграфа. В этом случае работник совершенно спокойно может отказаться, а если за этим последуют санкции, вплоть до увольнения или будут штрафовать, лишать каких-то бонусов, то работник совершенно спокойно может пожаловаться в Трудовую инспекцию, в прокуратуру и в суд.

В законе о государственной службе нет прямого указания на то, что нужно применять полиграф, однако некоторые ведомства установили правила использования полиграфа самостоятельно, например Федеральная таможенная служба РФ (приказ ФТС России от 25 сентября 2007 г. № 1196).

Правительство РФ 6 февраля 2010 года приняло «Инструкцию о допуске к государственной тайне», в которой достаточно расплывчато указано, что возможно проведение проверочных мероприятий в отношении тех лиц, которые допускаются к государственной тайне.

Детектор лжи в уголовном процессе

Что касается отказа от полиграфа при расследовании уголовного дела или когда прохождение полиграфа назначается судом, здесь есть ряд аспектов и нюансов.

Прохождение полиграфа по назначению суда или следователя приравнивается к даче показаний, поэтому отказаться от дачи показаний вы не имеете права, но вы должны только явится для прохождения полиграфа и там заявить, что вы отказываетесь от прохождения психофизиологического исследования на основании статьи 51 Конституции РФ и никто, ни следствие, ни суд не вправе с вами ничего за это сделать. Это ваше законное право, закрепленное в Конституции, но явиться надо обязательно.

Чтобы было понятно, результаты прохождения полиграфа сами по себе не являются ни уликой, ни доказательством, ни в уголовном деле, ни в судебном заседании.

Результаты психофизиологического исследования рассматриваются как вспомогательные, и только вместе с другими доказательствами, но отдельным доказательством это никогда не будет.

Детектор лжи в частной жизни

Достаточно распространенные случаи, когда в личной жизни супруг или супруга подозревается в измене, и если кто-то из них отказывается пойти на полиграф, то тут уже дело в доверии, как с этим жить дальше решается в семейном кругу.

Никаких других последствий, как-то, преференции при разделе имущества, если один из супругов отказался пройти полиграф, либо привилегии при назначении режима встречи с ребенком, не существует.

Суд не рассматривает результаты психофизиологического исследования как доказательство, даже косвенно, вашей вины. Смело можно отказываться, если есть, что скрывать, или наоборот, идти и проходить этот полиграф, если вы намерены доказать невиновность и сохранить семью.

8 апреля Совет при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека обратился к председателю Государственной Думы Вячеславу Володину с призывом исключить упоминание полиграфа из законопроекта о судебной экспертизе в Следственном комитете РФ.

Напомним, что на рассмотрении Госдумы находится президентский проект № 663034-7, предусматривающий поправки в законы о государственной судебно-экспертной деятельности и о Следственном комитете РФ. Проектом, помимо прочего, предлагается включить в перечень судебных экспертиз по уголовным делам психофизиологическую экспертизу «с использованием полиграфа» – так называемого «детектора лжи», что превратит ее, по мнению СПЧ, в равноправный криминалистический метод экспертизы.

Как полагают члены Совета, доказательственное значение психофизиологических исследований (ПФИ) является спорным. При этом они ссылаются на единогласное мнение «подавляющего большинства российских правоведов-процессуалистов» о недопустимости использования данного метода в уголовном процессе. Кроме того, СПЧ упоминает и позицию Верховного Суда РФ, который неоднократно указывал, что результаты исследования с использованием полиграфа не отвечают требованиям, предъявляемым законом к доказательствам, в том числе требованию достоверности.

Обосновывая свою позицию, СПЧ заявляет, что «техническое устройство неспособно считывать внутренний мир человека». «И не в том дело, что исследования на полиграфе еще несовершенны, что полиграфологи еще недостаточно обучены, а методики противоречивы. Вмешательство в сознание, контроль и классификация мыслей и желаний, экспертиза подсознательного нарушают конституционные гарантии неприкосновенности личности, частной жизни и личной тайны», – отмечает Совет, отмечая, что в связи с этим процессуальная легализация таких технологий недопустима, особенно в уголовном судопроизводстве.

«Полагаем необходимым в случае принятия законопроекта в первом чтении исключить из него упоминание психофизиологической экспертизы (с использованием полиграфа), внеся соответствующие поправки ко второму чтению», – резюмируется в обращении.

Комментируя «АГ» обращение СПЧ, советник ФПА Сергей Насонов высказался категорически против применения полиграфа в уголовном процессе: «Я против любых нетранспарентных доказательств в принципе. Эти заключения легко фальсифицируются. Потом они подменяют следователя и суд. Получается новый вариант “царицы доказательств”».

По мнению Сергея Насонова, СПЧ занял по данному вопросу слишком мягкую позицию, поскольку изъятие упоминания полиграфа из законопроекта не станет серьезным барьером для сложившейся практики. «С критикой СПЧ психофизиологических экспертиз можно полностью согласиться, однако одно лишь изъятие упоминания этого вида экспертиз из указанного законопроекта не устранит их производство на практике, поскольку УПК РФ не содержит закрытого перечня допустимых судебных экспертиз, что легко позволяет назначать их производство в настоящее время в соответствующих экспертных учреждениях», – пояснил он.

По этой же причине, считает советник ФПА, упоминание данного вида экспертиз в законопроекте не является способом их «легализации» – они уже легализованы. С их использованием следует бороться установлением нормативного запрета либо соответствующими разъяснениями на уровне постановления Пленума ВС.

Как считает практикующий психолог-полиграфолог Ярослав Маричев, несмотря на то, что данный метод не обладает 100%-ной степенью надежности, он все равно очень нужен. «Нельзя просто так отмахнуться от того факта, что множество преступлений было раскрыто благодаря полиграфу при проработке разных следственных версий с его помощью, – отметил он. – Действительно, главной проблемой сейчас является отсутствие единого процессуального стандарта и взаимного контроля специалистов, хотя определенные шаги в этом отношении предпринимаются».

Ярослав Маричев полагает, что для «легализации» полиграфа недостаточно вписать его в какой-либо законопроект. По его мнению, сначала следует организовать регламентированную систему контроля проведения и анализа ПФИ. «Например, можно поручить Федеральному центру судебной экспертизы при Минюсте России создать контролирующую инстанцию. За рубежом это так и устроено: по делу проводится проверка на полиграфе и все полученные сведения направляются куратору для проверки корректности исследования и его соответствия стандартам. Конечно, это бюрократия, но с ней до полиграфологов не будут “докапываться” с сомнениями относительно качества их работы», – заключил эксперт. При этом он выразил уверенность, что как бы ни разрешился спор в отношении использования полиграфа в уголовном судопроизводстве, учитывая силу отечественных школ полиграфологии, рано или поздно российское правоприменение все равно придет к широкому использованию ПФИ.

Доцент кафедры криминалистики Университета имени Кутафина (МГЮА) Ярослава Комиссарова напомнила, что ПФИ с применением полиграфа по уголовным делам проводятся экспертными подразделениями правоохранительных органов РФ: с 2002 г. – ФСБ, с 2004 г. – Минобороны, с 2009 г. – СК, с 2017 г. – ОВД. В начале 2000-х гг. они проводились в лабораториях судебной экспертизы Минюста, в 2010–2016 гг. – в ФСКН. Разработаны образовательные стандарты подготовки экспертов-полиграфологов, а также методическое обеспечение их деятельности.

Она подчеркнула, что в 2018 г. руководители Института криминалистики Центра специальной техники ФСБ, ЭКЦ МВД, 111 Главного государственного центра судебно-медицинских и криминалистических экспертиз Минобороны и ГУ криминалистики СК утвердили Межведомственную методику производства судебных психофизиологических экспертиз с применением полиграфа, разработанную по решению Федерального межведомственного координационно-методического совета по судебной экспертизе и экспертным исследованиям межведомственной рабочей группой.

«Также в минувшем году в ЭКЦ МВД была завершена научно-исследовательская работа по подготовке Методических рекомендаций по порядку назначения и производства психофизиологических экспертиз и исследований с применением полиграфа в системе МВД России. В ней участвовали опытные специалисты по использованию полиграфа в рамках криминалистического обеспечения уголовно-процессуальной и оперативно-разыскной деятельности из экспертных подразделений МВД по Республике Татарстан, ГУ МВД России по г. Москве, ФСБ, СК, МГЮА», – пояснила Ярослава Комиссарова.

В то же время, отметила эксперт, наличие качественного методического материала не гарантирует его правильное использование: «На практике имеют место ошибки в работе отдельных полиграфологов. Но это не может служить основанием для умаления научной состоятельности метода».

Как сообщала «АГ», ранее ФПА представила правовую позицию на указанный законопроект, в которой отмечается, что он чересчур расширяет полномочия ведомства и умаляет гарантии объективности экспертного исследования.

УДК 343. 13

ПОЛИГРАФ В УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ: ЗА И ПРОТИВ

И.П. Попова

Расследование преступлений в условиях очередной промышленной революции обостряет дискуссию об использовании в доказывании нетрадиционных методов, к которым относится применение полиграфа. Автором проанализированы позиции как сторонников, так и противников использования результатов полиграфологических исследований в уголовном судопроизводстве. Отмечается, что главным положительным результатом использования полиграфа рассматривается получение признания вины. В отсутствие совокупности доказательств признание вины не может использоваться в доказывании в основе обвинения. Приведены примеры судебной практики, иллюстрирующие проблемы использования полиграфа в доказывании и сформулирован вывод о невозможности применения полиграфа в уголовном процессе, иначе как для получения ориентирующей информации.

Ключевые слова: уголовное судопроизводство, полиграф, доказывание, оценка доказательств, признание вины.

Преступность в условиях четвертой промышленной революции бросает вызов правоохранительным органам, призванным обеспечить покой и порядок в обществе. Высказываясь о недостаточности традиционных криминалистических методов и процессуальных средств для раскрытия и расследования преступлений, характер которых за последние годы существенно изменился, авторы длительное время ведут, периодически обостряющуюся, дискуссию о возможности и перспективах использования нетрадиционных подходов .

В числе самых дискутируемых проблем в указанном направлении -вопрос о возможности использования в вышеуказанных целях полиграфологических исследований, условий и порядка их производства, и самое главное — в реализации полученных результатов в доказывании в уголовном судопроизводстве. В свою очередь, на институт доказывания в уголовном судопроизводстве России оказывает влияние имплементация норм международного права.

Актуализирует дискуссию и изменившееся отношение к понятию борьбы с преступностью, что уже не может быть поставлено во главу угла деятельности правоохранительных органов в связи с закреплением в ст. 6 УПК РФ назначения уголовного судопроизводства нового охранительного типа, призванного защищать и восстанавливать нарушенные в ходе преступления права и интересы с одновременным обеспечением гарантий от незаконного вовлечения в сферу уголовно-процессуальной деятельности.

Анализ юридической литературы позволяет сформулировать значение полиграфа в раскрытии и расследовании преступлений, что возможно отнести к позициям «за» применение полиграфа. Так, по мнению авторов, использование полиграфа позволяет:

1) определить круг подозреваемых и свидетелей;

2) получить признательные показания подозреваемого, обвиняемого, подсудимого;

3) выяснить причину противоречий в показаниях допрошенных по уголовному делу лиц. К примеру, мотивируя свое ходатайство, защита отмечает существенные противоречия в показаниях допрошенных по делу лиц между собой и другим доказательствам, и полагает, что это вызывает необходимость проверки этих показаний или показаний подсудимого с использованием полиграфа. Отказ в таких ходатайствах в дальнейшем становится доводом жалоб на итоговые судебные решения, с указанием на то, что сторону защиты лишили возможности последнего средства доказывания невиновности. Некоторые ученые также полагают, что судебная психофизиологическая экспертиза является «последним средством защиты человека от необоснованно выдвигаемых против него обвинений» .

4) исключить оговор, самооговор, заведомо ложные доносы. Так, отдельные авторы полагают, что психофизиологическая экспертиза с использованием полиграфа поможет разрешить задачи по защите от незаконного и необоснованного обвинения лиц, невиновных или непричастных к совершению преступлений, а «заключение эксперта-полиграфолога расширит возможности «судей факта» (присяжных) в установлении сложных обстоятельств дела и позволит им вынести объективный и справедливый вердикт» ;

5) установить обстоятельства совершения преступления;

6) минимизировать (профилактировать) судебно-следственные ошибки;

8) ограничить усмотрение следователя и получить объективный результат в доказывании.

Указанное перечисление, равно как и многочисленные публикации авторов, можно продолжить, однако, приведенные уже выше аргументы значения полиграфа демонстрируют, что вопрос использования полиграфа в уголовном судопроизводстве относится к числу актуальных. Казалось бы, при таком перечне «заслуг», проблем с адаптацией использования полиграфа в уголовном процессе не должно возникать, и его использование следовало бы перевести в разряд стандартных процедур, находящихся в арсенале правоохранительных органов и суда. Возникает закономерный вопрос: почему этого не произошло, и при упоминании полиграфа, отмечается и нетрадиционный характер его применения, и столь разнятся подходы ученых?

Как показывает судебно-следственная практика, при существующей полярности мнений относительно применения полиграфа, правоприменители находятся в еще более усугубленном состоянии неопределенности. Они ежедневно делают выбор при осуществлении своей профессиональной деятельности, сопряженной с властными полномочиями, и принятием решений,

той либо иной позиции по вопросу применения полиграфа. Представляется, в такой ситуации излишне высказываться о необходимости формирования единообразной практики, поскольку «перекосы» в позициях правоприменителей неизбежно затрагивают процессуальные права участников уголовного судопроизводства.

В этой части исследования уместно рассмотреть и аргументы «против» применения полиграфа.

1) вызывают вопросы научная обоснованность применения полиграфа, отсутствие единой методики применения, квалификация специалистов-полиграфологов. Так, С.А. Роганов высказывает свои обоснованные опасения в связи с востребованностью психофизиологических исследований и о возможности привлечения к их проведению специалистов с низкой квалификацией, а также обращает внимание на использование полиграфов с различными техническими характеристиками и необходимость создания единого стандарта криминалистической сертификации используемых полиграфных устройств .

2) стремление получить с помощью полиграфа признательные показания обусловлено их правовым значением, поскольку по большинству преступлений признание вины и согласие с обвинением предопределяют возможность применения сокращенных производств. Соответственно, упрощение доказывания по делам такой категории снижает нагрузку на следователей и судей. Однако представляется, что превращение признательных показаний в основу доказательств, с приданием им статуса «совершенного» доказательства создает риски незаконного привлечения к уголовной ответственности и не может поощряться в качестве надлежащего средства процессуальной и материальной экономии в ущерб интересам правосудия и назначению уголовного судопроизводства. Представляется, что такой акцент на признательных показаниях и получение их любым способом, свидетельствует об обвинительном уклоне правоприменителей, что недопустимо.

3) вопрос оценки достоверности показаний не может входить в полномочия специалиста-полиграфолога или эксперта в рамках психофизиологической экспертизы, поскольку относится к исключительной компетенции лиц, осуществляющих от имени государства властные полномочия по раскрытию и расследованию преступлений, рассмотрению и разрешению уголовного дела по существу. В связи с этим применение полиграфа противоречит принципу свободы оценки доказательств (ст. 17 УПК РФ).

4) получение согласия лица на производство исследования на полиграфе не означает, что полученные результаты не противоречат презумпции невиновности. При допросе лицо выбирает свою осознанную позицию и при желании дает показания в свободной форме, а не отвечает при опросе на наводящие вопросы полиграфолога, предполагающие категоричные односложные ответы.

5) вероятные выводы, полученные по итогам применения полиграфа, не могут быть использованы в доказывании. В этой связи обоснованно подчеркивается Л.А. Воскобитовой о том, что «если бы следователь собрал совокупность доказательств, тогда бы в полиграфе бы не было нужды. К полиграфу прибегают только в том случае, если никаких доказательств нет» .

6) в уголовно-процессуальном законе не регламентирована процессуальная форма применения полиграфа, что создает благоприятную почву для безграничного усмотрения правоприменителей, нарушая принципы уголовного судопроизводства.

В судебных решениях встречается оценка результатов применения полиграфа, отраженная:

— в справках-меморандумах о производстве оперативно-розыскного мероприятия опрос с использованием полиграфа;

— в показаниях оперативных сотрудников, присутствующих при опросе, и полиграфологов, допрошенных в качестве свидетелей в судебном заседании;

— в заключениях и показаниях специалистов;

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

— в заключениях судебной психофизиологической и иных экспертиз .

Представляется, что весьма не убедительны выводы о допустимости использования результатов применения полиграфа в любой из указанных форм. Так, в судебных решения обоснованно отмечается, что сама по себе справка-меморандум (представляется, что не имеет значения, оперативно-розыскное мероприятие проводилось с использованием полиграфа либо нет), не может использоваться в доказывании. К примеру, Тульский областной суд, рассматривая жалобу осужденного Л., обоснованно указал, что справка-меморандум не является источником доказательств, а источники доказательств судом проверены .

Весьма спорным является использование в доказывании показаний специалистов о том, что пояснил после проверки опрашиваемый и самостоятельные выводы об оценке противоречий: «согласно заключению специалиста СУ СК России по НСО по психофизиологическому исследованию с применением полиграфа № от ДД.ММ.ГГГГ. у ЯВВ были выявлены реакции о том, что он располагает информацией о деталях лишения жизни ФИО1, которые не согласуются с его показаниями, данными в качестве свидетеля. В послетестовой беседе БАВ сообщил, что он укрыл от следователя факт нанесения Д. ФИО1 удар совком по голове, и что Д. нанес удар ножом Б., а не при падении. Данные пояснения согласуются с выводами, сделанными по вопросам, поставленным на разрешение исследования». Давая оценку данному заключению об опросе на полиграфе свидетеля, суд указал, что оно «является мотивированным, иллюстрировано поставленными вопросами и данными ответами, а также показателями приборов по данным ответам, и в совокупности с вышеприведенными доказательствами суд принимает его в качестве доказательства» .

Представляет интерес приговор в отношении В., осужденного по ч. 2 ст. 228 УК РФ . Как следует из указанного приговора, в судебном заседании были допрошены два специалиста: первый производил «психоневрологическое исследование с использованием полиграфа» (как отражено в приговоре со слов специалиста), другой специалист — проводил рецензирование «заключения № 001-2018/01-18П о результатах психологического исследования с использованием полиграфа по уголовному делу № 1-45/2018 в отношении В.М.А., обвиняемого по ч. 2 ст. 228 УК РФ».

Примечательно, что специалист Л.А.В., применявший полиграф, в своих показаниях в качестве цели исследования указал на «установление текущего психологического состояния В., степени осведомленности и причастности» его к тем событиям, которые стали предметом рассмотрения дела. Далее в тексте приговора отражены пояснения о полученных результатах, к примеру, такие как: «с высокой достоверностью (свыше 90 процентов) в памяти В. присутствуют отпечатки о появлении в его кармане пакетика с наркотическими веществами посредством подлога со стороны сотрудников УКОН».

В судебном заседании был допрошен специалист Б.О.Е., очевидно, сотрудник следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Тамбовской области, который на запрос от прокурора Тамбовского района проводил рецензирование указанного заключения, полученного с использованием полиграфа. Показания данного специалиста очень подробно приведены в приговоре, и согласно им подвергнуты сомнению при рецензировании были как квалификация специалиста, использовавшего полиграф, так и оформление результатов в заключении, сама процедура назначения экспертизы, включая то, что эксперт не был предупрежден об уголовной ответственности, не отражены поставленные перед экспертом вопросы, используемая методика и многое другое. В результате специалист Б.О.Е. полагает, что «заключение от ДД.ММ.ГГГГ составлено с нарушением методических и процессуальных требований, предъявляемых к проведению психофизиологического исследования и составлению заключения специалиста. Выводы, сформулированные Л.А.В., не являются научно обоснованными выводами. Причем, при их формулировании эксперт вышел за пределы своей квалификации». По мнению специалиста, «данное заключение никак нельзя отнести к разряду заключений о проведении исследования. Полагаться на данное заключение и верить его выводам однозначно нельзя».

При оценке доказательств в части показаний специалистов судом сформулирован следующий вывод: «касаемо доводов защиты об оценке показаний специалистов Л.А.В. и Б., суд приходит к выводу о том, что показания специалиста Л.А.В., не могут являться бесспорным доказательством невиновности В., поскольку они опровергаются показаниями специалиста Б., не доверять показаниям которой у суда оснований не имеется» .

Данный пример судебной практики наглядно демонстрирует, что у отдельных судей нет четкого понимания как о возможности использования полиграфа в доказывании (отсюда, по видимости, и столь подробное изложение

показаний специалиста Б.О.Е.), так и критериев оценки полученных результатов (возможно, отсюда и столь краткий вывод о том, что этим показаниям суд доверяет, не излагая мотивы и основания для такого вывода в приговоре). Между тем, в показаниях специалиста отражены и вопросы оценки им правовых вопросов, что входит в компетенцию субъектов доказывания, что, в свою очередь, может свидетельствовать об отсутствии у специалиста понимания своих полномочий и пределов своей компетенции.

К сожалению, примеры того, что в приговоре излишне подробно излагаются показания специалиста, тогда как они не содержат в себе сведения, на основе которых возможно установить наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, далеко не единичны.

Производство экспертизы с использованием полиграфа в отсутствие единых методик и специалистам различных уровней и компетенций, не убеждает в научной достоверности полученных результатов, к тому же с вероятными выводами. Перед экспертом не ставится очерченный субъектов доказывания в установленной УПК РФ процедуре круг вопросов, сам эксперт формулирует их в категоричной форме, что исключает свободный рассказ опрашиваемого. В связи с чем выводы «правда»-«ложь» не несут доказательственного значения, поскольку сформулированы не субъектами доказывания, и не имеют научного обоснования.

Думается, что наличие в деле сведений о прохождении полиграфа, скажется на внутреннем убеждении субъекта доказывания, даже без отражения выводов полиграфолога в качестве обоснования принятого решения. В рамках рассмотрения уголовного дела, к примеру, сторона защиты утверждала, что отказ потерпевшего от прохождения психофизиологического исследования с использованием полиграфа свидетельствует о недостоверности его показаний .

Уместно провести некую аналогию с замечанием председательствующего не учитывать недопустимое доказательство, на которое ссылается какая-либо из сторон, тем не менее, это влияет на формирование внутреннего убеждения присяжных заседателей. А. Забейда считает, что отказ лица от прохождения полиграфа влияет на формирование внутреннего убеждения судьи, «чаще всего бывает верным утверждение, что человек, которому нечего скрывать и который не давал ложных показаний, не отказывается от проверки на детекторе лжи» .

7) сторона, заявившая о применении полиграфа, может получить обратный, нежели ожидаемый, результат.

Данный перечень аргументов, как думается, препятствующих использованию в доказывании результатов полиграфа, исчерпывающим не является.

Нельзя отрицать, что раскрытие и расследование преступлений нередко осуществляется в обстановке неочевидности, когда приходится отрабатывать самые невероятные предположения и изучать лиц, которые, на первый взгляд,

не могут быть причастны к случившемуся. В подобных ситуациях проведение психофизиологических исследований с применением полиграфа позволяет оперативно проверять различные версии в отношении заподозренных лиц, а также свидетелей и потерпевших. Признавая, что в качестве технического средства для получения ориентирующей информации для раскрытия и расследования преступлений, вполне уместно и эффективно использовать полиграф, тем не менее, следует и на данном этапе производства нормативно закрепить соответствующие гарантии лиц, участвующих в опросе.

В целом, важно ответить на главный вопрос: в каких целях применяется полиграф, и можно ли их достичь с помощью способов и средств доказывания, регламентированных в законе? В итоге применения полиграфа в качестве положительного результата сторонниками использования в доказывании полиграфа отмечается получение признательных показаний подозреваемых (обвиняемых). Однако в отсутствие совокупности доказательств, признательные показания не могут быть использованы в доказывании и приниматься в качестве основы обвинения (ч. 2 ст. 77 УПК РФ). Стремление «добиться» признательных показаний любой ценой, в том числе, путем такого способа как применение полиграфа, думается, основано на обвинительном уклоне субъекта доказывания, и не может приветствоваться и поощряться. Такому внепроцессуальному способу доказывания должен быть поставлен нормативный заслон.

Представляется, что существующие риски нарушения фундаментальных положений закона не могут нивелировать ценность полученных результатов применения полиграфа в доказывании на данном этапе, в связи с чем в доказывании не могут быть использованы полиграфологические исследования вне зависимости от того, в качестве какого доказательства полученные результаты применения полиграфа представляются сторонами суду.

Н.А. Колоколов, анализируя практику использования в качестве доказательства результатов психофизиологических экспертиз, обоснованно пишет, что «сфера применения полиграфа указана точно — машина годится только для выработки версий», при этом верно отмечает, что практику ссылок на заключения полиграфологов «в судах изжить не удалось» .

Резюмируя изложенное, следует отметить необходимость дальнейшего изучения проблем использования полиграфа в уголовном процессе, и подчеркнуть необходимость нормативной регламентации, как самого порядка применения полиграфа, так и оценки полученных результатов в доказывании, если приведенные и иные аргументы «против» когда-нибудь найдут убедительное опровержение.

Список литературы

1. Карпенко О.А. Использование нетрадиционных специальных знаний в разоблачении заведомо ложных показаний свидетелей и потерпевших //

Вестник Восточно-Сибирского института МВД России. 2018. № 1(84). С. 125-130.

2. Лебедева Е.С., Пантелеева В.В. К вопросу о возможности применения нетрадиционных методов расследования преступлений в Российской Федерации // Фундаментальные и прикладные научные исследования: актуальные вопросы, достижения и новации: сб. статей XII Межд. науч-практич. конф. в 2 ч. (Пенза, 15 мая 2018). Пенза: Изд-во МЦНС «Наука и просвещение», 2018. С. 207-211.

3. Холодный Ю.И. Судебная психофизиологическая экспертиза с применением полиграфа: вызовы и риски // Вопросы экспертной практики. 2017. № 51. С. 339-346.

4. Жигалов Н.Ю., Глухова М.А. О значении исследования судом присяжных заседателей результатов психофизиологической экспертизы с использованием полиграфа // Вестник Восточно-Сибирского института МВД России. 2018. № 4 (87). С. 89-95.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

8. Винокуров Э.А. К вопросу об использовании полиграфа в уголовном судопроизводстве // Проблемы правоохранительной деятельности. 2018. № 2. С. 20-24.

9. Арефьева О.В., Соловьева Н.А. Психофизиологическое исследование с использованием полиграфа как средство профилактики следственных ошибок // Вестник Волгоградской Академии МВД России. 2018. № 2 (45). С. 70-78.

10. Роганов С.А. Правовые основы использования полиграфа в правоохранительной деятельности Российской Федерации: учеб. пособие. СПб.: Изд-во СПбГЭУ, 2018. 67 с.

11. URL: http: //www. egtarlo. ru/stati/probl emi-pol i grafa-v-ugol ovnom-protsesse/. (дата обращения 10.10.2019)

19. Проверка на ложь: секреты полиграфа // : https://pravo.ru/review/view/140009/ (дата обращения 10.10.2019).

20. Колоколов Н.А. Чем объяснить авторитет Полиграфа Полиграфовича? // Уголовное судопроизводство. 2018. № 4. С. 3-5.

POLYGRAPH IN CRIMINAL PROCEEDINGS: PROS AND CONS

I.P. Popova

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *